Звонок будильника в 6 часов утра бесцеремонно вырывает из объятий сна. Несколько минут, лежа в темноте – прихожу в себя, вспоминая, зачем же мне надо сегодня в такую рань вставать. Кажется, воскресенье, и на работу не надо... Ах да, вспомнил, я собирался на рябчика.
Накативший сразу же заряд бодрости не оставляет от сна и следа, мысли становятся ясными и четкими, в уме перебираю, все ли вещи собрал с вечера, а возбужденное воображение уже переносит в тишину утреннего леса на встречу с еще ни разу не стрелянной мной пестрой птицей.
Наскоро перекусив, полный оптимизма, выхожу на крыльцо, и ... настроение тотчас падает – на улице, сонно шурша, дыша сыростью, предательски идет дождь. Не то чтобы очень сильный и не то чтобы боюсь промокнуть, ходя по мокрому лесу, нет, просто, по рассказам и из разговоров с охотниками, знаю, что в такую погоду охота на рябчика редко бывает удачна: он, как правило, не идет на манок, а, нахохлившись, сидит где-нибудь под кроной дерева, лишь изредка...
Полночь.
Взяв ружье, патронташ и фотоаппарат, выхожу на улицу.
После тепла ощущается легкий озноб. Новолуние.
В глубине неба ярко блестят звезды и мутно-белой дорожкой протянулся Млечный путь. Звонкая тишина. Лишь с далекой станции доносится приглушенный гудок паровоза.
Темнота вокруг непроглядная. Иду на ощупь, ощущая дорогу ногами. Постепенно глаза привыкают: становятся различимыми общие формы ближайших предметов.
Вот и место, выбранное мною накануне, - отдельно растущая сосна на краю болота, под которой построен просторный шалаш. Справа от меня - стена соснового бора. Сзади - молодой осинник, окаймленный по краю редким соснячком. Вокруг торчат пни недавно сведенного леса. А далее, впереди,- торфяное болото.
Еще темно, тихо и таинственно вокруг. Только слышны какие-то вздохи, как будто какой-то гигант дышит во сне. Это земля, пробуждаясь от зимнего оцепенения, впитывает в себя живительные весенние соки, которые скоро перевоплотятся в буйную молодую зелень. Сзади...
На рябка
Звонок будильника в 6 часов утра бесцеремонно вырывает из объятий сна. Несколько минут, лежа в темноте – прихожу в себя, вспоминая, зачем же мне надо сегодня в такую рань вставать. Кажется, воскресенье, и на работу не надо... Ах да, вспомнил, я собирался на рябчика. Накативший сразу же заряд бодрости не оставляет от сна и следа, мысли становятся ясными и четкими, в уме перебираю, все ли вещи собрал с вечера, а возбужденное воображение уже переносит в тишину утреннего леса на встречу с еще ни разу не стрелянной мной пестрой птицей. Наскоро перекусив, полный оптимизма, выхожу на крыльцо, и ... настроение тотчас падает – на улице, сонно шурша, дыша сыростью, предательски идет дождь. Не то чтобы очень сильный и не то чтобы боюсь промокнуть, ходя по мокрому лесу, нет, просто, по рассказам и из разговоров с охотниками, знаю, что в такую погоду охота на рябчика редко бывает удачна: он, как правило, не идет на манок, а, нахохлившись, сидит где-нибудь под кроной дерева, лишь изредка...
Утро на тетеревином току
Полночь. Взяв ружье, патронташ и фотоаппарат, выхожу на улицу. После тепла ощущается легкий озноб. Новолуние. В глубине неба ярко блестят звезды и мутно-белой дорожкой протянулся Млечный путь. Звонкая тишина. Лишь с далекой станции доносится приглушенный гудок паровоза. Темнота вокруг непроглядная. Иду на ощупь, ощущая дорогу ногами. Постепенно глаза привыкают: становятся различимыми общие формы ближайших предметов. Вот и место, выбранное мною накануне, - отдельно растущая сосна на краю болота, под которой построен просторный шалаш. Справа от меня - стена соснового бора. Сзади - молодой осинник, окаймленный по краю редким соснячком. Вокруг торчат пни недавно сведенного леса. А далее, впереди,- торфяное болото. Еще темно, тихо и таинственно вокруг. Только слышны какие-то вздохи, как будто какой-то гигант дышит во сне. Это земля, пробуждаясь от зимнего оцепенения, впитывает в себя живительные весенние соки, которые скоро перевоплотятся в буйную молодую зелень. Сзади...